Великое возрождение (1946 - 1953)

К Потсдамской конференции Сталин физически устал. Сказалось невероятное напряжение войны. Он не был холодным, бесчувственным человеком. Как все нормальные люди, он был подвержен депрессиям, срывам, всплескам эмоций и даже приступам бешенства. Но он также умел сохранять хладнокровие, владеть собой, проявлять терпение. Его дочь Светлана свидетельствует, что после окончания японской кампании Сталин серьезно заболел. Как и вся страна, он нуждался в передышке, но для него передышки быть не могло.   После войны перед страной встали новые грандиозные задачи, но возникли и новые крупные проблемы. Уже через несколько месяцев после окончания войны из вооруженных сил было демобилизовано 8 миллионов человек. 4,5 миллиона человек вернулись из германских лагерей. Из эвакуации за Урал возвращались на запад в родные жилища 8 миллионов человек.   18 марта 1946 года был принят четвертый пятилетний план. Достижения этой пятилетки были впечатляющи, хотя и сильно преувеличены советской пропагандой. Быстро росло производство. К марту 1947 года был восстановлен и дал энергию Днепрогэс.   К 1950 году советская промышленность превзошла довоенный уровень и была готова к начинающейся гонке вооружений. Однако восстановление сельского хозяйства шло удручающе медленно.

Положение Сталина было самым высоким и незыблемым. Он был премьер-министром и фактически* Генеральным секретарем партии. Он не видел необходимости в созыве всесоюзного съезда партии, который по уставу являлся высшим органом. С 1939 года съезды не проводились, а очередной был созван только в октябре 1952 года. Пленумы ЦК созывались редко. Формальные заседания Политбюро тоже проводились редко, но его члены регулярно собирались на даче в Кунцево.   После Сталинградской битвы советские средства массовой информации еще усерднее начали превозносить Сталина как великого вождя и отца нации. Его называли "наш любимый отец", "наш дорогой вождь и учитель", "наш дорогой и горячо любимый Сталин" и "величайший вождь всех времен и народов". Началось беспредельное восхваление и всяческое превознесение заслуг Сталина, что впоследствии было осуждено как "культ личности".   Хотя в основном Сталин жил и работал на даче в Кунцево, свет в кремлевском окне горел всю ночь. Любой прохожий, прогуливающийся по Красной площади, мог видеть и знать, как постоянно твердили по радио, что "он живет, думает и работает для нас". Он при жизни стал мифом, божеством.   Появляясь на людях, Сталин воспринимал почести как должное, но в личном общении держался скромно и с достоинством. Более других качеств он ценил в людях именно скромность и достоинство в сочетании с профессионализмом. Он старался привить эти свойства новому поколению советской элиты. Из западных лидеров его особым уважением пользовались американский генерал Маршалл и англичане Алан Брук и Теддер, которые как раз этими качествами и отличались от других. Он всегда сурово относился к своим людям, когда они проявляли нескромность. Жукова Сталин считал самым выдающимся из советских военачальников, и его деятельность была оценена по заслугам. Но, будучи сильной и энергичной личностью, Жуков иногда проявлял нескромность. На одном из заседаний Высшего военного совета в 1946 году Сталин выступил с осуждением "одного из наших самых главных

Не фактически а просто был. (А. Панфилов) воинов (предположительно Жукова) за нескромность, неоправданно высокое самомнение и чванство".   Снятие Жукова в марте 1946 года с должности заместителя Верховного Главнокомандующего и назначение на второстепенные посты, вероятно, в значительной мере объяснялось именно этими недостатками. Сталин держал большинство прославленных военачальников на высоких должностях. В ноябре 1948 года Василевский был назначен начальником Генштаба, а через четыре месяца - министром обороны. Конев с июня 1946 по март 1950 был главнокомандующим сухопутными войсками, а затем стал генеральным инспектором. Рокоссовский был главнокомандующим советскими войсками в Польше, а затем министром обороны Польши. Говоров, Баграмян. Малиновский, Мерецков, Толбухин занимали высокие командные должности.   Однако Сталин внимательно и пристально следил за всеми, кому поручал большую власть и высокие посты. В послевоенные годы раковая опухоль недоверия и подозрительности разрослась в нем до чудовищных размеров. Полностью он не доверял никому. Он вдруг отдалил от себя и лишил доверия вплоть до угрозы ареста таких людей, как Молотов, Берия, Ворошилов, Микоян, Каганович, с которыми многие годы работал рука об руку.   Особое положение в партийной иерархии занимали Маленков и Жданов. Их же рассматривали как вероятных преемников Сталина.   Мрачной, зловещей фигурой был Лаврентий Берия, интриган, который умел сыграть на болезненной подозрительности своего хозяина. Жена Сталина и дочь Светлана ненавидели его. Фактически его ненавидели все, и, возможно, именно поэтому Сталин держал его у руля министерства госбезопасности и внутренних дел с 1938 года и ответственным за секретные атомные и другие научные разработки, а также позволял ему властвовать в Закавказье как в собственной вотчине.   В марте 1949 года были произведены замены руководителей основных министерств. На посту министра иностранных дел Молотова сменил Вышинский. Министром обороны вместо Булганина стал маршал Василевский, министром внешн ей были из когорты прославленной старой сталинской гвардии. Всех их Сталин сделал заместителями премьер-министра. Казалось, в этих перестановках не было ничего необычного, но на самом деле это было началом мрачного периода, когда ни один министр не мог чувствовать себя в безопасности. Были в разное время арестованы жены Молотова, Калинина и Поскребышева. В 1949 - 1950 годах были произведены казни высокопоставленных деятелей партии по так называемому ленинградскому делу. В сентябре 1950 года Военная коллегия Верховного суда приговорила Вознесенского, Кузнецова, Родионова к смертной казни за "измену". Началась кампания против западного влияния, повлекшая осуждение многих представителей интеллигенции, особенно еврейского происхождения, "как безродных космополитов". Потом был "заговор врачей"...   Вместе с ухудшением здоровья Сталина росла его подозрительность. Ему мерещились всевозможные заговоры вокруг него. Врачей он к себе не подпускал. Уволил своего доверенного секретаря Поскребышева, который долгие годы служил ему верой и правдой. Был осужден начальник личной охраны Сталина со времен гражданской войны генерал Власик. Люди его окружения, такие как Молотов, Берия и другие, со страхом ждали новой большой чистки. Но судьба пощадила их.